Скоро сентябрь 1

  Tue, 14 Aug 2007 00:21

Очень тяжело писать, когда ничего не происходит. Но, оказывается, когда много чего происходит, писать тоже непросто – потому что на пути к буквам факты и события наползают друг на друга, и совершенно не понятно, с чего начинать, и как бы остальное не забыть, и вроде уже кажется, что и важного-то ничего, а так, ну, чего-то по мелочи, хотя, конечно, кое-что стоит упомянуть… В общем, начну, наконец.

Битвы продолжаются. Проблемы все те же (по моему субъективному мнению): кризис трех лет, чтоб его, рождение сиблинга (это так Санюха по-научному зовется), отсутствие общения со сверстниками и вообще замкнутость на маму в четырех стенах. Недавно я писала статью для «Лизы» про кризисы, полезла в первоисточники и очень встревожилась обнаруженными у Выготского описаниями особо труднопротекающих кризисов трех лет, затянувшихся до четырех. В общем, так впечатлилась, что статью дописала с трудом. Жду сентября с надеждой. Точнее, с «Надеждой» - это у нас тут такой клуб есть. В первый же день набора Туська была туда записана в группу кратковременного пребывания (два дня в неделю по три часа). И не говорите мне, что этого мало. Пока что и того нет.

Теперь главная проблема – дожить до сентября с минимальными потерями. Пока что у Туси регулярные истерики – от раза в пару дней до пары раз в день, причем не так давно было как-то всерьез тревожно за девушку. Знаете, когда ваш ребенок совершенно на ровном месте вдруг заводится на целый час дикого ора, причем в одиночестве (Туся закрыла меня в ванной, ну, мне было интересно, что будет, если не выходить), ничем не переключается, на любое ваше действие (сесть, встать, помыть ванну, съесть абрикос, включить мультик) переходит на тон выше, не реагирует на холодную воду и битье по щекам – как-то страшно становится. Чуть реже – где-то раз в пару недель – истерики случаются и у меня. Если Мишка дома, то пытается как-то все разрулить, хотя в последний раз Туся его предупредила: «все равно буду колбаситься!» В общем, я очень жду сентября.

Для облегчения ожидания мы все на три дня ездили в Питер. Вообще, по-моему, это у нас уже традиция такая – как младенец, так пора в Питер. С Туськой ездили отмечать ее три месяца, с Санюхой вот – четыре. То есть, конечно, формально мы ехали на свадьбу Мишкиной кузины. Но фактически этому событию мы уделили только три часа из трех проведенных в Питере дней. Остальное время мы мучались от жары и тусовали. Девочки мужественно перенесли поездку, только по дороге туда Санюшка очень внезапно загоревала в поезде, когда все уже было собрались спать, а Туся вскочила в полшестого (хотя до прибытия было еще больше часа). По городу мы передвигались на своей машине (Мишка ехал параллельно с поездом), что, конечно, было очень удобно. Так как цель поездки предполагала алкогольные возлияния некотрых членов семьи, то поездить по Питеру за рулем довелось и мне, в том числе, одной с девочками. Что ж, эксперимент вполне удался, не считая пары моментов (после Пяти углов я вдруг обнаружила вокруг себя улицу с односторонним встречным движением, а выбравшись оттуда и выехав, наконец, к Фонтанке, с гиканьем пронеслась мимо нее, хотя мне вообще-то надо было на набережную). Гуляя по городу, обсуждали с Тусей разных исторических личностей. Я затруднилась в ответе на вопрос, доброй ли была Екатерина Вторая, ограничилась тем, что она была умной. И совершенно позорно забыла, где могила Пушкина. Нет, Туся не задавала именно такой вопрос. Просто я сказала, что по Летнему саду даже Пушкин гулял, а потом еще на Пушкинской улице обнаружили его памятник. Ну, Туся и стала спрашивать, а где Пушкин теперь, и вообще, почему он умер. Я честно ответила, что во-первых, он жил слишком давно, а во-вторых, его убили. Но вот где лежит – забыла.

Про Питер не знаю, что еще писать, так что буду про Санюху. Санюха, вообще, молодец. Прямо умничка. После того, как нам было сказано организовывать ей больше «оптической стимуляции», я озаботилась этим вопросом, и Санька довольно быстро начала хватать двумя ручками всякие висюльки и погремушки. Еще она научилась поворачиваться на живот и смеяться. Нет, неправильно написала. Смех от живота отдельно – лежа на пузе, она, вообще, преимущественно, жалуется. А веселится чаще, глядя на Тусю. Да, Санька заметила, наконец, что в доме есть еще один ребенок и смотрит за ним с огромным интересом. Она спокойно вытерпела и питерскую жару, и поезда-машины, и метро-маршрутку. На минувшей неделе Санюша совершенно поразила меня тем, что даже не пискнула, когда ей брали кровь из пальчика. В прошлый раз ее очень расстроила эта процедура. А теперь – вообще нет. Видимо, по принципу «Если вас ударить в глаз, вы, конечно, вскрикнете. Раз ударить, два ударить – а потом привыкнете». На свадьбе она тоже вела себя очень спокойно (чем сильно удивила гостей – особенно по контрасту с чересчур энергичным папой), радостно дрыгала руками под музыку и восхищенно глазела на поблескивающее в бутылке вино.

Больше ничего не помню. Пойду вспоминать и ждать осень.

blog comments powered by Disqus