Проба пера. Гольфстрим. 1

  Mon, 18 May 2009 23:00

Немного грустная сказка с почти счастливым концом.

Льдинка родилась у бабушки Снежной королевы и мамы Снегурочки. Бабушка была холодна, надменна, сурова и вечно занята проектами нескончаемой зимы. Мама переходила от одного Деда Мороза к другому, у нее были сплошные Елки. Льдинка мерзла и мечтала когда-нибудь стать теплой.

Она узнала об этом то ли из телевизора, то ли из каких-то сказок; стала задавать неудобные вопросы. Бабушка о плюсовой температуре говорить отказалась, да еще прикрикнула, так что Льдинка не сразу решилась обсудить эту скользкую тему с мамой. Оказалось, что и у нее в детстве была та же мечта, но с рождением Льдинки стало уже не до того, может, даже к лучшему. Тогда маленькая Льдинка пообещала себе, что когда вырастет, обязательно будет кого-нибудь согревать. Честное-пречестное!

Шло время. Льдинка стала взрослой. Она помнила о своей детской мечте и однажды, наконец, отложила все дела, чтобы ее осуществить. Для начала решила пойти на Искрометные Курсы. Их проводили две старые зажигалки, которые уже мало что могли сами, но были уверены, что могут научить кого угодно любой пиротехнике. Льдинка очень старалась — она вообще была отличница по жизни — но все, что у нее получилось, когда зажигалки вдвоем за нее принялись — одна маленькая слеза. «Прогресс налицо! Потепление началось! Это первый шаг к настоящим искрам!» - торопливо воодушевляли Льдинку ведущие, радуясь возможности перейти, наконец, к остальным участникам.

Слезу было некуда девать, она бесцельно болталась, придавая физиономии довольно глупое выражение. Смахнуть ценное достижение не поднималась рука. Так Льдинка и шла с этой каплей, пока та не застыла на щеке бородавкой — вечным напоминанием о сомнительном мастерстве зажигалок.

Но Льдинка была упрямой. Каждый день она искрилась на Солнце, но была уверена, что от Него не стоит ожидать оправдания своих надежд. Какое дело далекому безразличному светилу до маленькой льдинки? И она пошла к опытной свече.

-Деточка, вы понимаете, о чем просите? - потрескивала Свеча, моргая изящным фитильком. - Даже после нашей совместной работы вы не станете огнем. Я могу только помочь вам испариться — не более того.

-Да. Я знаю. Но понимаете, это детская мечта. Я поклялась себе сделать все возможное. - сверкнула несгибаемая Льдинка.

-Но это достигается через слезы, вы в курсе?

-Да-да. Я умею. Я готова. - решилась Льдинка и придвинулась поближе.

Они долго плакали вместе — одна воском, вторая водой. Вспоминали происхождение каждой снежинки и провожали ее к потолку. Наконец, над Свечой оказалось маленькое облачко.

…После обжигания Льдинке стало необыкновенно легко, правда, несколько туманно. И еще было совершенно непонятно, что же теперь делать. Она выплыла на улицу. Отражать свет уже не получалось, но ужасно хотелось быть поближе к солнцу, так что она полетела вверх. По дороге соединилась с еще одним облачком, и они родили небольшой ручеек.

Глядя на своего мерзнущего ребенка, бывшая Льдинка особенно остро вспомнила о том, как мечтала кого-нибудь обогреть. Она попыталась вспомнить уроки зажигалок, но искр не вышло, - и Льдинка снова заплакала, это было единственное, чему она научилась за свою холодную жизнь. По пути к земле слезы стали снежинками; Ручеек укололся и, обидевшись, решил, что пора утекать.

По дороге он встретился с другими ручьями. Многие из них жаловались на свои облака, называя их тучами, и бурно обсуждали, что детей нельзя понять из-под небес; что, конечно, невозможно вечно терпеть хлесткие родительские дожди (не говоря уже про снег и град), и какие они молодцы, раз, наконец, решились на побег. Вскоре взволнованных болтунов подхватила река, а потом они как-то оказались в соленой воде, где с новой силой продолжили свой шум: конечно, родителям не могло и присниться подобное — ведь они такие пресные… «Мы — новое течение!» - гордо заявляли путешественники друг другу.

А потом Ручейку вдруг стало очень тепло…

blog comments powered by Disqus