Дала жару
Мы приехали в Крым 19-го, в четверг. После этого в субботу вечером Саня была грустная, часов с четырех утра воскресенья горячая. Градусник купили к полудню, и после этого три дня мое настроение определялось числами: 39,8 - 39,7 - 39,9 - 40,1 - 38,6 - 39,9… (…)
У меня всего двое детей, и в общем, они у меня относительно недавно. Так вот за все эти шесть с лишним лет я еще ни разу не сталкивалась с сорокоградусной температурой (июльские показатели уличных термометров не в счет, я о людях), да еще без каких бы то ни было дополнительных симптомов.
Очень кстати мишкин брат стоял в эти дни на берегу Фиолента с палаткой, а с ним рядом стоял врач скорой помощи. Доктора подняли с берега и привезли к вполне бодренькой Сане со сбитыми 40 градусами. Он девушку осмотрел и сказал, что бежать никуда, вроде, не надо. Пока. На гипотезу “Акклиматизация?” хмыкнул, велел ждать, когда этот вирус вылезет хоть какими-нибудь симптомами. Мы продолжили измерять и сбивать температуру.
Утром во вторник Саня проснулась в красных пятнышках на правой щеке и правой руке. Консилиум из этого врача, Мишки и интернета радостно постановил: ветрянка. На мои контраргументы: “Это москиты! Ребенок спал на одном боку - вот вторая сторона и покусана!” - они цокали языками, качали головами и снисходительно улыбались.
Я почти смирилась с мыслью, что на 21 день мы невыездные и Ханский дворец я покажу детям когда-нибудь в другой раз. Но на ночь предложила организовать полог. После чего утром Саня встала ровно с тем же количеством прыщиков, что и накануне, ни пятнышком больше. В тот день мы только вечером сбили 38,5. Пятничный максимум - 37,8.
Уже три дня Санька прохладная. Все приключение заняло пять дней. Я раздумываю над поездкой в Бахчисарай и стараюсь не думать о том, что же это с Саней такое было…
