Наконец-то: Фонд помощи взрослым!

  Thu, 12 Nov 2009 19:03

Впервые в истории российской благотворительности создаётся специализированный фонд для помощи «взрослым».

“По достижении восемнадцатилетия человек выходит из поля действия специализированных «детских» фондов и вплоть до старости нигде помощи получить не может. Все помогают детям и старикам. Но должно ли милосердие укладываться во временные рамки? Взрослый парень - это тот самый малыш на фотографии, только выросший. И заболевший. Взрослый ТАК ЖЕ беспомощен перед бедой со многими нулями, как и ребенок. Только у маленького черноглазого симпатяги есть шанс, а у взрослого нет. Мы хотим привлечь внимание к проблеме, которая может стать актуальной для любого человека. И изменить ситуацию. Пусть пока лишь в конкретных случаях.”

Организаторы приглашают на фотовыставку, открывающую новый фонд помощи взрослым - «Живой фонд» - 16 ноября, сбор гостей: 19:30. Центр современного искусства «Винзавод», галерея «ФОТОЛОФТ», 4-й Сыромятнический переулок, дом 1, стр. 6

Более подробная информация тут.

Белой полосе - быть!!!

  Mon, 31 Dec 2007 16:19

Полторы штуки баксов для Лены Скороходовой собрали!!!!!

Огромное-преогромное спасибо всем, кто в этом участвовал!!!

Должна же быть белая полоса...

  Wed, 12 Dec 2007 00:31

Когда-нибудь я вырасту большая и богатая и сделаю фонд помощи Мамам, Которым Хреново. Тем, кто сидит с детьми в вегетативном состоянии и срывает спину, меняя им памперсы. Или тем, кому просто Очень Хреново и вообще неоткуда ждать помощи. Например, таким как Лена Скороходова.

Мы с ней познакомились четыре года назад на курсах для беременных. Ее Василисса на месяц с небольшим старше Туськи. Родив, мы продолжаем общаться, хотя мне иногда бывает страшно спрашивать у Лены, как дела - потому что все эти годы ее проблемы, как снежный ком, только растут… Подробности тут

Я очень хочу ей помочь. Увы, я одна могу слишком мало. Но я рассказываю про Лену, в надежде, что те, кто это прочтет, тоже захотят, а главное, смогут это сделать.

Кайф, драйв и благотворительная зависимость

  Fri, 01 Apr 2005 00:00

Акция, №3,2005

Мне было лет 8, когда в Армении произошло землятресение. Наша учительница выделила в классе место, куда каждому нужно было принести игрушку для пострадавших детей. Наверное, именно тогда я совершила первое в жизни частное пожертвование. В 17 я устроилась секретарем в благотворительный фонд, и с тех пор благотворительность - моя профессия.

На встречах одноклассников, днях рождениях, вечеринках, когда я сообщаю о месте своей работы, лица собеседников становятся скорбно-унылыми (“да-да, мы понимаем… ну, что ж… кому-то ведь надо и этим заниматься…”), а в глазах появляется жалость (ко мне?) и чудовищная тоска. Почему слово “благотворительность” вызывает у них такие ассоциации - ей-богу, не знаю. Проработав в некоммерческих организациях восемь лет, я уверено заявляю: мои коллеги - совершенно нормальные и адекватные люди, в том числе, моего возраста и даже младше. Вы не понимаете, что же их там держит? Постараюсь объяснить.

Работа - утюжить улицы

Степа - молодой человек моей давней приятельницы. Он студент четвертого курса МГППУ, будущий психолог-педагог, вполне обычный парень. Степе, как и многим сверстникам, хочется иметь некоторое количество собственных денег, чтобы чувствовать себя свободнее, да и родителям помочь. Раньше он работал официантом, но начались проблемы с учебой, “хвосты”. И только было настроился расстаться с мечтой о деньгах, как был приглашен социальным работником в Центр адаптации и развития подростков “Перекресток” при университете.

Описание работы звучало конкретно и лаконично: “Три дня в неделю по 4 часа ходишь по улице и общаешься с подростками 12-18 лет. Зарплата - три тысячи рублей в месяц”. Степа испугался: как они, эти подростки, воспримут его, поймут ли. Но решил, что это хорошая возможность получить опыт работы с людьми: “Ты можешь быть кому-то полезен, только если ты профессионал, так что нужно расти. Думать только об окружающих - это неправильно, надо и о себе тоже…” В общем, решил попробовать.

Оказалось, что все совсем не так страшно, как казалось сначала. И даже ребята, которые выпивают и матерятся, не живут дома и ночуют, где придется, - могут быть на самом деле интересными людьми. Если у них нет желания общаться с социальными работниками - открыто это говорят, и те больше не пристают. Если же хочется поболтать, обсудить насущные проблемы (географичка - дура, англичанка не умеет одеваться, мать опять пьет…) и поискать пути их решения - Степа и его напарница (социальные работники ходят по двое) готовы быть рядом, предоставить информацию, помочь человеку самому разобраться с ситуацией.

Как ни странно, стала выправляться Степина учеба - планирование рабочего дня и собственного времени помогли и в университетских делах. Друзья, одногруппники знают, где он работает, многие говорят: “Клево” - хотя сами предпочитают подрабатывать в других местах. Брат, менеджер по продажам, раньше считал его “долбанутым”, говорил, что все это бесполезно, проблемы “уличных детей” такой деятельностью все равно не решить. Но когда Степа объяснил суть работы, брат проникся и теперь считает, что “это круто”.

На вопрос, почему бы не пойти работать куда-нибудь еще, скажем, тренинги вести - тоже профессиональный рост и приработок - Степа отвечает: “Неинтересно. Пробовал, но нет ощущения настоящести. Вот работа в “Перекрестке” - через нее я прорастаю как человек. Я вижу, что делаю важное дело, я полезен, мне важно это чувствовать. Сперва казалось, что это просто работа, а сейчас я понимаю, что те проблемы, которые я вижу, те люди, с которыми общаюсь - начальники, коллеги, ребята на улице (язык не поворачивается назвать их клиентами): Ну, это моя жизнь… я меняюсь… не знаю, как объяснить… это притягательно:”

Болтающаяся душа

Катя Бермант 15 лет была дизайнером, когда в фирму, где работал ее отец, пришло письмо. Такого рода почта часто засоряет е-мейлы и безжалостно удаляется. Но это письмо не стерли. 24-летняя мама просила помочь ее маленькой дочке с врожденным пороком сердца: “извините пожалуйста - не могу я описать словами все то, что происходит в моей душе, но одно я могу сказать - она плачет”. Сотрудники подумали: “Ну, мы же зарабатываем что-то, на хлеб с маслом хватает, неужели мы не соберем 5 тысяч долларов на операцию?” - и собрали. Потом еще собрали. И еще. А потом зарегистрировали Благотворительный общественный фонд “Детские сердца”, где ищут средства на срочные операции детям с врожденными пороками сердца.

Сначала Катя продолжала работать в издательстве, год назад ушла и теперь занимается только фондом: “Мне всегда была интересна профессия. Но спасти одного ребенка оказалось гораздо интереснее, чем сверстать журнал. Я занимаюсь только этим 24 часа в сутки - это бешенный драйв и безумно интересно! Просто фантастика: со всей страны собираются деньги - по 10, 20, 1000 долларов, и мы всегда успеваем набрать нужную для операции сумму, не было случаев, когда опаздывали! Добрых людей очень много, просто они не всегда знают, где и кому могут помочь. Почему я тут работаю, а не где-то еще? Я душу вкладываю в фонд. Ее обязательно надо куда-то вкладывать, а то болтается и глупости начинают в голову лезть:”

Тезка

…Когда мы познакомились с Машей Елисеевой, ей было около тридцати, она была мамой и художницей. Собственно, и то, и другое осталось при ней до сего дня, но за последние 12 лет добавилось еще одно: она руководитель Реабилитационного художественного центра “Дети Марии”.

Началось с того, что Машины итальянские друзья прислали ей много конфет. Она решила их отдать в детский дом - в один не пустили, зато в другом удалось даже пройти к ребятам. Отдала конфеты и пообещала придти еще. Стала приходить и вместе с ними рисовать, потом забирать к себе на выходные, потом сделала свою студию. Маша познакомилась с Пэтчем Адамсом - врачом, который убежден, что смех лечит, и 20 лет приезжает с единомышленниками в Россию - клоуничать. С тех пор с ним и без него Маша с ребятами надевают красные носы и разноцветные костюмы и ходят в больницы, детские дома, интернаты - играют с детьми. Иногда разрисовывают там стены, иногда все вместе рисуют огромные картины. А еще ездят в дома ребенка, играют, общаются с малышами, просто держат на руках и гуляют - потому что больше этого никто не делает. И все это вместе с Машей и ее добровольцами делают дети-сироты, которые не только интересно проводят время, но и учатся оказывать кому-то помощь, а не ждать ее от других.

“Я чувствую, как в результате небольших усилий с моей стороны что-то меняется. Я вижу, что даже моими скромными силами можно что-то сдвинуть - волшебно получается! Дети, которых я не знала еще полгода назад, приходят в студию - и у них меняются глаза. Мне приятно быть в атмосфере, когда собираются вместе много хороших людей. Это как снежный ком - одно к другому прилепляется, но только это не снег, а особый воздух. И жить становится приятнее”.

Зараза

Все эти люди, не сговариваясь, говорят об одном и том же: как чувствуют, что живут не зря, получают удовольствие от работы, не могут и не хотят это менять. При этом у них горят глаза, но они не производят впечатления фанатиков. Они выбирают такой образ жизни, и никому его не навязывают. Только глядя на них, почему-то становится немножко завидно.

Вам интересно попробовать? Зайдите в Сеть на сайт благотворительной организации, которая решает волнующую вас проблему. Что это - больные дети? Вымирающие киты? Потребители инъекционных наркотиков? В любом случае, найти такую организацию на просторах Интернета - дело нескольких минут. Теперь распечатайте квитанцию с уже заполненными банковскими реквизитами (если организация собирает частные пожертвования, квитанция наверняка предлагается) - вам остается вписать только сумму и дату. Когда пойдете платить за квартиру - заодно и туда деньги перечислите. При этом у большинства действительно работающих профессиональных благотворительных организаций всегда можно получить отчеты о собранных средствах. А если засомневаетесь, будет ли прок от вашего небольшого взноса, вспомните Катю Бермант и спасенные ее фондом сердца.

Денег нет, но скопились какие-то ненужные вещи или есть немного свободного времени? Зайдите в ЖЖ-сообщества “отдам даром” и “вместе сможем” - вдруг окажется, что именно ваша помощь кому-то необходима?

Только очень вас прошу, будьте осторожны. Если вы увидите, как это просто, и почувствуете, что день прожит не зря - оставайтесь предельно бдительны. Начав делать добрые дела, бывает трудно остановиться - это затягивает.

Комментарии

Нине 29. Она уже больше пяти лет работает в Фонде развития некоммерческих организаций “Школа НКО”. “Я занималась продажами, но поняла, что это не мое. Скучно работать только за деньги. Нужна идея. Бизнес все-таки в первую очередь для получения прибыли, а не чего-то еще: Сейчас моя работа - помогать людям, которые делают других счастливее. Мне это нравится еще потому, что я вижу, как люди борются. Вот по телевизору говорят, что все ужасно, а они делают конкретные дела - и это работает, что-то меняется! Вообще, я считаю, мне повезло - я все время вижу людей, которым не пофиг. И мне радостно, что я могу как-то в этом поучаствовать.”

Юлия Шевелева - художественный руководитель некоммерческой организации Центр “Подвал”: “Почему я занимаюсь благотворительностью? Потому что это кайф! И еще: у меня, благодаря благотворительности, друзья классные - интересные, живые люди, которые все время что-то новое придумывают и делают. Я вот думала еще, что помогать - это так же как подарки дарить. Кайфовее же дарить, чем получать! Но потом поняла, что все-таки не так - они же мне тоже в ответ дарят очень много…”

маМЫ - сила!

  Sun, 01 May 2005 00:00

“Аистенок”, №5/2005г.

Санкт-Петербург. Очередная встреча членов городской ассоциации общественных организаций родителей детей-инвалидов. Обсуждается болезненный вопрос монетизации льгот: “Надо бороться, мамочки!” Участники встречи хотят быть услышанными власть имущими и надеются, что удастся добиться справедливости - они ведь действуют не поодиночке, а все вместе.

Таких примеров много. Родители детей с особенностями развития объединяются, чтобы вместе решать насущные проблемы, потому что помощи и сочувствия ждать почти неоткуда, кроме как от таких же, как они. Как правило, это матери - отцы не выдерживают, уходят. Родственники сокрушенно вздыхают или дают ненужные советы. Врачи пытаются лечить или разводят руками. Педагоги прочат специализированные школы и пожизненное общение со сверстниками-инвалидами. Государство отбирает льготы. Общественное мнение варьируется от бесполезной жалости до припоминания безинвалидного советского/спартанского прошлого. А вместе не так страшно и одиноко.

Что может организация?

На сегодняшний день во всем мире некоммерческие, общественные организации - один из инструментов гражданского общества. Государство не может, да и не должно делать в стране абсолютно все. Его заботы -политика, реформы, повышение ВВП, отдача внешнего долга. Оно просто не может доходить до каждого человека и решать его проблемы. Да и вообще, спасение утопающих, как известно, дело их собственных рук. Объединения людей с одинаковыми интересами или общей бедой существуют во многих странах, потому что это удобно и дает больше возможностей.

Организация может многое дать родителям ребенка с какими-либо особенностями развития. Перечислим основное:

  • психологическая поддержка

Во всем мире существуют самые разные группы взаимопомощи людей, объединенных общими проблемами. Кто еще поймет маму ребенка-инвалида, как не такая же мама? Кто лучше сможет с ней за чаем поговорить о наболевшем, поплакать, а потом вытереть слезы, улыбнуться и сказать: “Ничего, прорвемся!”?

Особенно важна такая поддержка тем, кто только что узнал о неблагополучии ребенка - часто в такой ситуации родители оказываются в одиночестве; не с кем поделиться бедой, негде узнать, как с таким живут, что делают. В общественной организации мамы поделятся своим опытом, и окажется, что, несмотря на все диагнозы, их “дети с особенностями развития” - прежде всего дети, а особенности - да у кого их нет?

  • привлечение внимания к проблеме

Организация акций, пикетов, публикаций в СМИ, тематических выставок и кинофестивалей - кому еще этим заниматься, как не тем, кто лично заинтересован, чтобы общество, наконец, перестало их игнорировать?

Приведем пример. В нашей стране большинство городов совершенно не приспособлено для передвижения людей в колясках. В то время как на западе везде есть пандусы и даже автобусы оборудованы специальными площадками. Только еще 50 лет назад там этого не было. Того, что есть сегодня, добились родители детей-опорников. Вы думаете, в России это невозможно? Но несколько лет назад по инициативе общественных организаций в Москве и ряде других городов прошли акции, в результате которых были приняты городские законы о том, что все вновь строящиеся дома и места общественного пользования должны быть оборудованы пандусами. Кстати, участвовали в них люди с проблемами опорно-двигательного аппарата и родители грудных детей - и те, и другие заинтересованы в создании среды, доступной коляскам.

  • представительские функции

Организация имеет больший вес, чем частные лица, представляя интересы определенных групп людей на официальных мероприятиях (например, Гражданском Форуме), различных конференциях, при обмене опытом с коллегами.

  • поиск и осуществление оптимальных и наиболее эффективных путей решения проблем

За годы деятельности в организации накапливается большой объем информации, причем зачастую аккумулируются знания из самых разных источников, включая зарубежные.

Сегодня многие родители детей с инвалидностью становятся настоящими профессионалами в области того или другого отклонения - изучая литературу, посещая лекции и семинары, проводя часы в Интернете. Но сравните книжную полку у мамы дома (или знания в ее голове), и библиотеку в общественной организации. Первая пригодится максимум нескольким семьям с особыми детьми, вторая - десяткам, а то и сотням.

  • специалисты

В общественных организациях часто можно встретить уникальных специалистов, которые работают не за деньги, а за идею - им действительно важно что-то изменить, помочь другим. Они могут проводить консультации, семинары, тренинги с родителями или коллегами, занятия с детьми. Многие апробируют новые методики и разрабатывают собственные. Именно в некоммерческих организациях можно встретить необычные инновационные подходы к особым детям - например, иппотерапия (реабилитация катанием на лошадях) или горные лыжи с детьми-опорниками.

  • возможность более глобального решения проблем

Одна мама ребенка с инвалидностью может многое - например, добиться права посещения им массового (а не специализированного) учебного заведения или строительства пандуса в ее отдельно взятом подъезде. Но ей вряд ли под силу лоббировать законы или вести какую-либо работу на федеральном или даже городском уровне. Организации это сделать легче - и юридически, и фактически.

Последние два утверждения проиллюстрируем следующим примером. Еще не так давно дети с синдромом Дауна считались необучаемыми - в роддомах уговаривали от них отказаться, а в интернатах нянечки не стремились совершать педагогические открытия. Благодаря объединившимся родителям, оказалось, что, несмотря на пессимистичные прогнозы, можно сделать очень многое. Сотрудники некоммерческих организаций, зачастую сами столкнувшиеся с соответствующей проблемой, теперь проводят консультации с мамами новорожденных “даунят” в роддомах, объясняют все особенности данного отклонения в развитии, рассказывают о своем опыте, о том, что перспективы есть.

  • ориентация на местности

Мамы, которые давно “в теме”, наверняка помогут только столкнувшимся с проблемой родителям не только информацией, но и контактами - большой опыт хождения по специалистам позволяет составить свои “черные” и “белые” списки - как врачей, педагогов, психологов, так и лекарств, методик, теорий. Кроме того, они могут посоветовать, где какую помощь можно получить и как это лучше сделать.

  • материальная помощь

В некоммерческих организациях помимо информационных также часто аккумулируются и материальные ресурсы - от гуманитарной помощи до медицинского оборудования. И один из плюсов организаций в том, что средства там могут использоваться более эффективно и при большем охвате благополучателей. Например, существует центр, где детей с врожденными пороками сердца учат работать на компьютере с целью их дальнейшего трудоустройства. С помощью небольшого парка машин удается обучить несравнимо большее количество детей, чем если бы эти же компьютеры стояли в домах.

  • более эффективный поиск средств

Согласитесь, есть разница: стоять на вокзале с протянутой рукой, демонстрируя ребенка и его справки, или разместить в нескольких крупных торговых центрах ящики для пожертвований организации, помогающей больным детям, с отчетами об использовании уже собранных средств.

Многие благотворительные фонды и коммерческие компании предпочитают работать с организациями еще и потому, что юридическое лицо все-таки несет иную ответственность, нежели физическое, и проверить целевое использование средств в них гораздо проще. А прозрачность бюджета и хорошая репутация делает организацию еще более привлекательной для дальнейшего оказания помощи.

Откуда берутся некоммерческие организации?

Узнать о том, есть ли в вашем городе организации родителей детей-инвалидов, можно в городском комитете общественных и межрегиональных связей или аналогичной структуре; в организациях типа городского общества инвалидов, и в так называемых ресурсных центрах - некоммерческих организациях, которые аккумулируют ресурсы, главным образом, информационные, по городу/региону/стране.

А если вдруг нужной вам организации не нашлось - создайте собственную. Для этого нужно 1-3 неравнодушных человека и желание изменить мир к лучшему. Двадцать лет назад в России было 20 НКО - сегодня их более 200 тысяч. Дорога в тысячу миль начинается, как известно, всего лишь с одного шага. Прорвемся, мамочки.